Основы нарратологии были заложены Аристотелем в учении о “повествовании” (mythos) как о “подражании действию” (mimēsis praxeōs), заключающемуся в “упорядочении фактов” (synthēsis tōn pragmatōn) (“Поэтика”, 1450 а – b).

В ХХ веке изучение сюжета в литературоведении привело к созданию ряда нарратологических концепций – теории русской “формальной школы” (В.Б. Шкловский, Б.В. Томашевский) и В.Я. Проппа , англосаксонской “новой критики” (К. Бёрк, Р.П. Блекмур), неоаристотелианских (У. Бут и др.), структуралистских (К. Леви-Строс, А.-Ж.  Греймас, К. Бремон, Ц. Тодоров, Р. Барт), феноменологических (П. Рикёр) теорий. Проблемы Н. углубленно разрабатывали также историки (Ж. Дюби, Ф. Фюре, П. Вейн) и представители аналитической философии (Л.О. Минк, Х. Уайт, А. Данто, У. Дрей).

В эпистемологическом плане теория Н. выделяет три основных уровня анализа – уровень 1) действий, 2) событий и 3) сюжета как такового. Теория действий описывает семантическую акциональную сетку, которая предполагает пять минимальных условий, служащих основой для складывания Н.: 1) Агент, действующий или претерпевающий действие в некоторой 2) Ситуации, совершающий тот или иной 3) Поступок ради достижения определенной 4) Цели  и использующий доступные ему 5) Средства. Минимальной синтагматической единицей в этой модели является отдельное предложение, описывающее действие в форме “Х делает А в тех или иных обстоятельствах”. Однако, отвечая на вопросы “кто? ”, “ что?”, “почему?”, “зачем?”, “как?”, “с кем?” (или “против кого?”), указанная модель описывает лишь предварительные (логические и семантические) условия порождения сюжета, но ничего не говорит ни о результатах действий, ни об их смысловой связи. Чтобы “действие” стало сюжетообразующим фактором, оно должно трансформироваться в “событие”.

Событием в теории Н. считается такое действие, которое, нарушая некоторую норму (и, соответственно, ожидания читателей и/или персонажей), тем самым изменяет наличную ситуацию (“Цезарь перешел Рубикон”); если нарушения не происходит, то данное действие событием не считается (“Корова перешла Рубикон”). Т.о., “событие” должно удовлетворять трем условиям: 1) отклонение от нормы, 2) однократность (неповторяемость) и 3) результативность (необратимость).

Множество “действий” и “событий”, образующих аморфную массу и поддающихся бесконечному пространственному и временному прослеживанию, группировке и конкретизации, является материалом для нарративной обработки, которая заключается в отборе ситуаций, лиц и их поступков, организуемых в связное смысловое целое. Сюжет превращает бесконечно ветвящиеся цепочки жизненных событий в событийное единство, которое определяется его финалистской, телеологической логикой, т.е. способом его завершения; всякий сюжет строится не от началу к концу, а от конца к началу; его “развязка”, будучи задана семантикой данного произведения, жанра, направления и т.п. еще до того, как рассказчик приступил к повествованию, заставляет его подбирать такие события и их последствия, которые с необходимостью ведут к данному финалу (так, в повествованиях сказочного типа, где добро торжествует над злом, последнее совершается лишь затем, чтобы злодей был наказан), причем большая или меньшая роль событий непосредственно обусловлена их значением для развертывания сюжета.

Н. представляет собой важнейший механизм упорядочения человеческого опыта, способ понимания и объяснения действительности; в отличие от философских и научных процедур, “нарративное знание” доступно обыденному сознанию и потому имеет универсальное распространение – не только в жизненной практике, но и в литературе (эпос, драма, лиро-эпика), философии, антропологии, историографии, социологии, психотерапии, юриспруденции и др.

Литература:
Аристотель. Поэтика // Аристотель и античная литература. – М., 1978. Шкловский В.Б. О теории прозы. – М., 1929. Томашевский Б.В. Теория литературы. Поэтика. – М., 1996. Пропп В.Я. Морфология сказки. – М., 1969. Леви-Стросс К. Структура и форма. Размышления об одной работе Владимира Проппа. Греймас А.-Ж . Размышления об актантных моделях. В поисках трансформационных моделей. Барт Р. Введение в структурный анализ повествовательных текстов // Французская семиотика: От структурализма к постструктурализму. – М., 2000. Бремон К. Логика повествовательных возможностей // Семиотика и искусствометрия. – М., 1972. Женетт Ж. Повествовательный дискурс // Женетт Ж. Фигуры. Т. 2. – М., 1998. Рикёр П. Время и рассказ. Т. 1-2. – М.- СПб., 1999-2000. Шмид В. Нарратология . – М., 2003 (имеется библиография). Данто А. Аналитическая философия истории. – М., 2002. Косиков Г.К. Структурная поэтика сюжетосложения во Франции // Зарубежное литературоведение 70-х гг. – М., 1984.